Маскарад Михаил Лермонтов

У нас вы можете скачать книгу Маскарад Михаил Лермонтов в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Произведения Лермонтова получили большой отклик в живописи, театре, кинематографе. Его стихи стали подлинной кладезью для оперного, симфонического и романсного творчества, многие из них стали народными песнями.

Лермонтов Михаил - Смерть поэта Стих. Лермонтов Михаил - Боярин Орша Исполняет н. Лермонтов Михаил - И так прощай Стих. Лермонтов Михаил - Маскарад Сцены из драмы уч. Лермонтов Михаил - Договор Стих. Лермонтов Михаил - Парус Стих. Я вижу, вы в пылу, готовы всё спустить. Не нужно ль денег, князь… я тотчас помогу,. Ну, что, уж ты не мечешь?..

Вот здесь приятель мой, рекомендую вам,. Про вас я не слыхал, к несчастью, ничего. Он мне не нравится… Видал я много рож,. Перейти к описанию Следующая страница. Для авторов и правообладателей. Михаил Юрьевич Лермонтов Маскарад драма в 4-х действиях, в стихах.

Арбенин , Евгений Александрович Нина , жена его. Князь На этот раз оставьте хоть советы. Банкомет Позвольте получить 2-й понтер насмешливо Я вижу, вы в пылу, готовы всё спустить. Что стоят ваши эполеты? Князь, выпив стакан лимонаду, садится к стороне и задумывается.

Шприх подходит с участием Не нужно ль денег, князь… я тотчас помогу, Проценты вздорные… а ждать сто лет могу.

Князь холодно кланяется и отворачивается, Шприх с неудовольствием уходит. Ее от юности самой В продажу выгодам, как жертву, убирают, Винят в любви к себе одной, Любить других не позволяют. В груди ее порой бушует страсть, Боязнь, рассудок, мысли гонит; И если как-нибудь, забывши света власть, Она покров с нее уронит, Предастся чувствам всей душой — Тогда прости и счастье, и покой!

Свет тут… он тайны знать не хочет! Он по виду, По платью встретит честность и порок, — Но не снесет приличиям обиду И в наказаниях жесток!.. Нет, не могу читать… меня смутило Всё это размышленье, я боюсь Его как недруга… и, вспомнив то, что было, Сама себе еще дивлюсь. Я объявить вам, князь, должна, Что эта клевета нимало не смешна. Будто в свете только муж — Приятельниц у вас толпа, в том нет сомненья. Но если сами вы когда-нибудь Ему решились намекнуть О будущем блаженстве — если сами, Не узнаны, под маскою, его Ласкали вы любви словами… О!

Из этого всего Я то лишь поняла, что слишком вы забылись… И нынче в первый и последний раз Не говорить со мной прошу покорно вас. Вот скромница нашлась, Пожалуй, я дурак — пожалуй, отречется, Но я узнал браслет. Как честью женщины так ветрено шутить?

Откройся я ему, со мной бы было то же! Итак, прощайте, князь, не мне вас выводить Из заблуждения: Нина там была — И вот разгадка всей шарады… Не знаю отчего, но я его люблю, Быть может, так, от скуки, от досады, От ревности… томлюся и горю, И нету мне ни в чем отрады! Мне будто слышится и смех толпы пустой, И шепот злобных сожалений!

Они осуждены уж светом; А впрочем, я б могла их подарить советом — Сказала бы ему: А ей бы пожелала я Поменьше строгости и скромности поболе! Прощайте, мосье Шприх, обедать ждет меня Сестра — а то б осталась с вами доле. Какая быстрота ума, соображенья!

Я попаду к нему в агенты… Потом сюда с рапортом прилечу, И уж авось тогда хоть получу Я пятилетние проценты. Всё ясно ревности — а доказательств нет! Боюсь ошибки — а терпеть нет силы.

Оставить так, забыть минутный бред? Такая жизнь страшней могилы! Ждать я готов хоть год, когда хотите, Мосье Арбенин, и дождусь. Дела мои преплохи, так, что грустно! Товарищ нужен мне искусный, Недурно, если он к тому ж Великодушен часто, кстати Имеет тысячи три душ И покровительство у знати. Арбенина втянуть опять бы надо мне В игру; он будет верен старине, Приятеля он поддержать сумеет И пред детьми не оробеет.

А эта молодежь Мне просто — нож! Толкуй им как угодно, Не знают ни завесть, ни в пору перестать, Ни кстати честность показать, Ни передернуть благородно! Взгляните-ка, из стариков Как многие игрой достигли до чинов, Из грязи Вошли со знатью в связи, А всё ведь отчего? При них и честь и миллионы!.. Но вдруг красотка перед ним От прежнего чуть-чуть не отклепалась. Взбесился князь — и полетел везде Рассказывать — того смотри что быть беде! Меня просили сладить это дело… Я принялся — и разом всё поспело; Князь обещал молчать… записку навалял, Покорный ваш слуга слегка ее поправил И к месту тотчас же доставил.

Он, играя, Как вор вторгается в мой дом, Покрыл меня позором и стыдом!.. И я глазам не верил, забывая Весь горький опыт многих дней. Я, как дитя, не знающий людей, Не смел подозревать такого преступленья; Я думал: Он не забыл, он стал искать и отыскал, И тут — не мог остановиться… Вот благодарность!..

Много я видал На свете, а пришлось еще дивиться. Подслушать нас могли б случайно. Так, не презрение, но страх Прочел я в ваших пламенных глазах. Вы тайны любите — и это будет тайной! Есть мненья Различные на этот счет, Но что б ни думал этот или тот, А всё предмет достоин размышленья. Я думаю, мой друг, Что благодарность — вещь, которая тем боле Зависит от цены услуг, Что не всегда добро бывает в нашей воле!

Вот, например, вчера опять Мне Слукин проиграл почти что тысяч пять, И я, ей-богу, очень благодарен, Да вот как: Послушай, я тебя люблю И буду говорить серьезно; Но сделай милость, брат, оставь ты вид свой грозный, И я открою пред тобой Все таинства премудрости земной.

Мое ты хочешь слышать мненье О благодарности… изволь: Что ни толкуй Волтер или Декарт — Мир для меня — колода карт, Жизнь — банк: И вот теперь пример Для поясненья этих правил; Пусть разом тысячу я на туза поставил: Теперь — но ты не слушаешь, мой милый? Повсюду зло — везде обман, И я намедни, я, как истукан, Безмолвно слушал, как всё это было!

Теперь мы перейдем К другому казусу и дело разберем; Но постепенно, чтоб не сбиться. Положим, например, в игру или разврат Ты б захотел опять пуститься, И тут приятель твой случится И скажет: И ты случайно, так, послушаешь его; Ему поклон и многи леты; И если он тебя от пьянства удержал, То напои его сейчас без замедленья И в карты обыграй в обмен за наставленье.

А от игры он спас… так ты ступай на бал, Влюбись в его жену… иль можешь не влюбиться, Но обольсти ее, чтоб с мужем расплатиться. В обоих случаях ты будешь прав, дружок, И только что отдашь уроком за урок. Последний пункт осталось объяснить: Ты любишь женщину… ты жертвуешь ей честью, Богатством, дружбою и жизнью, может быть; Ты окружил ее забавами и лестью, Но ей за что тебя благодарить?

Ты это сделал всё из страсти И самолюбия, отчасти, — Чтоб ею обладать, пожертвовал ты всё, А не для счастия ее. Да, да, ты прав: Победы новые ей нужны ежедневно. Пожалуй, плачь, терзайся и моли — Смешон ей вид и голос твой плачевный, Ты прав — глупец, кто в женщине одной Мечтал найти свой рай земной.

Так… я вспоминаю Про прежнее… когда с тобой Кутили мы, в чью голову — не знаю, Хоть оба мы ребята с головой!.. Вот было время… Утром отдых, нега,11 Воспоминания приятного ночлега… Потом обед, вино — Рауля честь… В граненых кубках пенится и блещет, Беседа шумная, острот не перечесть; Потом в театр — душа трепещет При мысли, как с тобой вдвоем из-за кулис Выманивали мы танцовщиц и актрис… Не правда ли, что древле Всё было лучше и дешевле?

Вот пьеса кончилась… и мы летим стрелой К приятелю… взошли… игра уж в самой силе: На картах золото насыпано горой; Тот весь горит… другой Бледнее, чем мертвец в могиле. Садимся мы… и загорелся бой!..

Тут, тут сквозь душу переходит Страстей и ощущений тьма! И часто мысль гигантская заводит Пружину пылкого ума… И если победишь противника уменьем, Судьбу заставишь пасть к ногам твоим с смиреньем — Тогда и сам Наполеон Тебе покажется и жалок и смешон.

Кто мне возвратит… вас, буйные надежды, Вас, нестерпимые, но пламенные дни! За вас отдам я счастие невежды, Беспечность и покой — не для меня они!.. Мне ль быть супругом и отцом семейства,12 Мне ль, мне ль, который испытал Все сладости порока и злодейства И перед их лицом ни разу не дрожал?

Седьмой уж час почти в исходе, А в восемь приказал себя он разбудить. Он спит по-русски, не по моде, И я успею в лавочку сходить. Дверь на замок запру… оно вернее. Да… чу… по лестнице идут. Скажу, что дома нет… и с рук долой скорее. Теперь я всё свершу, без страха и труда. Я докажу, что в нашем поколенье Есть хоть одна душа, в которой оскорбленье, Запав, приносит плод… О!

Я не их слуга, Мне поздно перед ними гнуться… Когда б, крича, пред них я вызвал бы врага, Они б смеялися… теперь не засмеются! О нет, я не таков… позора целый час На голове своей не потерплю я даром.

Я думаю, что он умрет ударом — Он свесил голову… я крови помогу… И всё на счет благой природы! Это свыше сил и воли!.. Я изменил себе, я задрожал, Впервые во всю жизнь… давно ли Я трус?.. Трус… кто это сказал… Я сам, и это правда… стыдно, стыдно, Беги, красней, презренный человек. Тебя, как и других, к земле прижал наш век, Ты пред собой лишь хвастался, как видно; О! Жалко… право, жалко… изнемог И ты под гнетом просвещенья!

Любить… ты не умел… а мщенья Хотел… пришел и — и не мог! Я слишком залетел высоко, Верней избрать я должен путь… И замысел иной глубоко Запал в мою измученную грудь. Так, так, он будет жить… убийство уж не в моде: Убийц на площадях казнят. В образованном я родился народе; Язык и золото… вот наш кинжал и яд! Ни слова, или сей же миг… Какое подозренье! Смущенье странно… вы должны открыться. Он спит теперь… и может встать сейчас!

Всё знаю я… но убедиться Хочу…. Отчаянье теперь некстати — Невесело, согласен, в час такой, Наместо пламенных объятий С холодной встретиться рукой… И то минутный страх… а нет беды большой.

Я скромен, рад молчать — благодарите бога, Что это я, а не другой… Не то была бы в городе тревога. В бреду… Но успокойтесь, я сейчас пойду. Лишь объясните мне, какою властью Вот этот купидон — вас вдруг околдовал?

Зачем, когда он сам бесчувствен, как металл, Все женщины к нему пылают страстью? Зачем не он у ваших ног с тоской, С моленьем, клятвами, слезами? А… вы… вы здесь одни… вы женщина с душой, Забывши стыд, пришли ему предаться сами… Зачем другая женщина, ничем Не хуже вас, ему отдать готова Всё: Зачем… о, я глупец!

Уж это слишком много!.. Так это вы тогда! Вы их свели… учили их… давно ли Взялись вы за такие роли? Сюда Приводите вы ваших жертв невинных, Иль молодежь приходит к вам? Вы клад в гостиных, И я уж не дивлюсь разврату наших дам!.. Вас это к славе поведет… Теперь меня не бойтесь, и прощайте… Но боже сохрани нам встретиться вперед… Вы взяли у меня всё, всё на свете. Я стану вас преследовать всегда, Везде… на улице, в уединенье, в свете; И если мы столкнемся… то беда!

Я б вас убил… но смерть была б награда, Которую сберечь я должен для другой. Вы видите, я добр… взамен терзаний ада Вам оставляю рай земной.

Послушайте — клянусь… то был обман… она Невинна… и браслет!.. Всё я… всё я одна… Ушел, не слышит, что мне делать! Он встал… идет… решуся, о, мученье!.. Свою вину загладить я готов; С покорностью приму какое наказанье Хотите… я был слеп и нем; мое незнанье Проступок… и теперь не нахожу я слов….

Не требовать любви И не выпрашивать признанья Решилась я приехать к вам. Забыть и стыд и страх, всё свойственное нам. Нет, то обязанность святая: Былая жизнь моя прошла, И жизнь уж ждет меня иная; Но я была причиной зла, И, свет навеки покидая, Теперь всё прежнее загладить я пришла! Я перенесть свой стыд готова, Я не спасла себя… спасу другого. Мне много стоило усилий, Чтоб говорить решиться… вы одне, Не ведая того, причиной были Моих страданий… несмотря на то, Я вас должна спасти… зачем?

Не знаю… вы не заслужили Всех этих жертв… вы не могли любить, Понять меня… и даже, может быть, Я б этого и не желала… Но слушайте!.. Сегодня я узнала, Как? Это всё равно… что вы К жене Арбенина вчера неосторожно Писали… по словам молвы, Она вас любит — это ложно, ложно!

Не верьте — ради неба… эта мысль одна… Нас всех погубит — всех! Она Не знает ничего… но муж… читал… ужасен В любви и ненависти он — Он был уж здесь… он вас убьет… он приучен К злодейству… вы так молоды.

Возьмут Лепажа пистолеты,13 Отмерят тридцать два шага, И право, эти эполеты Я заслужил не бегством от врага. Но если ваша жизнь кому-нибудь дороже, Чем вам… и связь у ней есть с жизнию другой, Но если вас убьют — убьют!.. И я всему виной. Я обязан драться; Я виноват пред ним — его я тронул честь, Хотя не знал того; но оправдаться Нет средства.

Другое мне найдите, Я лгать не стану, жизнь свою храня, И тотчас же пойду. Минутное то было заблужденье, Безумство страшное — теперь я каюсь в нем! Оно прошло — забудьте обо всем. Отдайте ей браслет — он был найден случайно Какой-то чудною судьбой; И обещайте мне, что это тайной Останется… мне будет бог судьей. Вас он простит… меня простить не в вашей воле!

Я удаляюсь… думаю, что боле Мы не увидимся. Я, право, думать что, не знаю, И только мог понять из этого всего, Что случай счастливый, как школьник, пропускаю, Не сделав ничего.

Приезжай сегодня к N. Ну, право, глаз особый нужен, Чтоб в этом увидать картель. Так в самом деле, ты причуды все оставил, Которыми гордится свет, И в прежний путь шаги свои направил!.. Мысль превосходная… ты должен быть поэт, И, сверх того, по всем приметам гений, Теснит тебя домашний круг, Дай руку, милый друг, Ты наш. Приятно видеть, ей-же-ей, Как люди умные на вещи смотрят ныне; Приличия для них ужаснее цепей… Не правда ль, что со мной ты будешь в половине? Я очень рад — прошу-ка без чинов; Снимите саблю и садитесь, У нас ужасный бой.

Он не смущается ничем… о, я разрушу Твой сладкий мир, глупец, и яду подолью. И если бы ты мог на карту бросить душу, То я против твоей — поставил бы свою.

Я расскажу вам анекдот, Который слышал я, как был моложе; Он нынче у меня из головы нейдет. Муж добрый был любим, шел мирно день за днем, И к довершенью благ, беспечному супругу Был дан приятель… важную услугу Ему он оказал когда-то — и притом Нашел, казалось, честь и совесть в нем.

А любопытно вам Узнать, что сделал муж?.. Придрался к пустякам И дал пощечину… вы как бы поступили, Князь? Но подступать Вам не советую — ни даже здесь остаться!

Я трус — да вам не испугать И труса. О, я вас заставлю драться! И в этом Вы властны — даже я вас подарю советом Скорей меня убить… а то, пожалуй, в вас Остынет храбрость через час. О, где ты, честь моя!.. Отдайте это слово, Отдайте мне его — и я у ваших ног, Да в вас нет ничего святого, Вы человек иль демон?

Да, честь не возвратится. Преграда рушена между добром и злом. И от тебя весь свет с презреньем отвратится. Отныне ты пойдешь отверженца путем, Кровавых слез познаешь сладость, И счастье ближних будет в тягость Твоей душе, и мыслить об одном Ты будешь день и ночь, и постепенно чувства Любви, прекрасного погаснут и умрут, И счастья не отдаст тебе ничье искусство! Все шумные друзья как листья отпадут От сгнившей ветви; и краснея, Закрыв лицо, в толпе ты будешь проходить, И будет больше стыд тебя томить, Чем преступление — злодея!

Князь подходит, ему едва кланяются. Все отходят, кроме 5-го и 6-го гостя. Потом и они отходят. Нина садится на диване. Да, странно, потому, что вы виной Моей погибели… но мне вас жаль, я вижу, Что поражен я тою же рукой, Которая убьет вас; не унижу Себя ничтожной местью никогда — Но слушайте и будьте осторожны: Ваш муж злодей, бездушный и безбожный, И я предчувствую, что вам грозит беда.

Почти все съехались, и здесь нам будет тесно, Прошу вас в залу, господа, Mesdames, пожалуйте туда. А это всем известно; Намеки колкие со всех сторон Преследуют меня… я жалок им, смешон!

И где плоды моих усилий? И где та власть, с которою порой Казнил толпу я словом, остротой?.. Две женщины ее убили! Одна из них… О, я ее люблю, Люблю — и так неистово обманут… Нет, людям я ее не уступлю… И нас судить они не станут… Я сам свершу свой страшный суд… Я казнь ей отыщу — моя ж пусть будет тут. Она умрет — я прежней твердой воле Не изменю! Ей, видно, суждено Во цвете лет погибнуть, быть любимой Таким, как я, злодеем и любить Другого… это ясно!..

Как же можно жить Ей после этого… ты, бог незримый, Но бог всевидящий, возьми ее, возьми; Как свой залог тебе ее вручаю — Прости ее, благослови — Но я не бог и не прощаю!.. Тому назад лет десять я вступал Еще на поприще разврата; Раз, в ночь одну, я всё до капли проиграл, Тогда я знал уж цену злата, Но цену жизни я не знал; Я был в отчаянье — ушел и яду Купил — и возвратился вновь К игорному столу — в груди кипела кровь.

В одной руке держал я лимонаду Стакан — в другой — четверку пик. Последний рубль в кармане дожидался С заветным порошком — риск, право, был велик; Но счастье вынесло — и в час я отыгрался!

С тех пор хранил я этот порошок, Среди волнений жизни трудной, Как талисман таинственный и чудный, Хранил на черный день, и день тот недалек. Я рад, что он не может Тебя любить, как я люблю. Прежние и Арбенин В конце 3-го куплета муж входит и облокачивается на фортепиано. Вы правы; как дикарь, свободе лишь послушный, Не гнется гордый наш язык, Зато уж мы как гнемся добродушно. Гости расходятся к другому концу залы и по одному уходят в другие комнаты, так что наконец Арбенин и Нина остаются вдвоем.

Неизвестный показывается в глубине театра. Чтоб не скучать с людьми — то надо приучить Себя смотреть на глупость и коварство! Вот всё, на чем вертится свет! Ты права, я бледна, как смерть бледна; Но в Петербурге кто не бледен, право! Одна лишь старая княжна, И то — румяны! Как новый вальс хорош!

Как этот князь мне надоел опять — А, право, жаль безумного мальчишку! Что говорил он тут… злодей, и наказать… Кавказ… беда… вот бред. Зачем я там мороженое ела, Я, верно, простудилася тогда — Не правда ли? Я с тобой поговорить хотела! Ты изменился с некоторых пор, Уж прежних ласк я от тебя не вижу, Отрывист голос твой, и холоден твой взор. И всё за маскерад — о, я их ненавижу; Я заклялася в них не ездить никогда.

О, если бы я нрав заране знала твой, То верно б не была твоей женой; Терзать тебя, страдать самой — Как это весело и мило! Покуда в сердце быстро льется кровь, Всё в мире нам и радость и отрада. Пройдут года желаний и страстей, И всё вокруг темней, темней! Давно известная шарада Для упражнения детей; Где первое — рожденье!

Где второе — Ужасный ряд забот и муки тайных ран, Где смерть — последнее, а целое — обман! Жизнь, как бал, — Кружишься — весело, кругом всё светло, ясно… Вернулся лишь домой, наряд измятый снял — И всё забыл, и только что устал. Но в юных летах лучше с ней проститься, Пока душа привычкой не сроднится С ее бездушной пустотой; Мгновенно в мир перелететь другой, Покуда ум былым еще не тяготится, Покуда с смертию легка еще борьба — Но это счастие не всем дает судьба.

А за что же Тебя любить — за то ль, что целый ад Мне в грудь ты бросила? О нет, я рад, я рад Твоим страданьям; боже, боже! И ты, ты смеешь требовать любви! А мало я любил тебя, скажи?

А этой нежности ты знала ль цену? А много ли хотел я от любви твоей? Улыбку нежную, приветный взгляд очей — И что ж нашел: Так, я был обманут! Возмечтал, Что я могу быть счастлив… думал снова Любить и веровать… но час судьбы настал, И всё прошло, как бред больного! Быть может, я б успел небесные мечты Осуществить, предавшися надежде, И в сердце б оживил всё, что цвело в нем прежде, — Ты не хотела, ты! Плачь — но что такое, Нина, Что слезы женские?

От злобы, ревности, мученья и стыда Я плакал — да! А ты не знаешь, что такое значит, Когда мужчина — плачет! В этот миг к нему не подходи: Смерть у него в руках — и ад в его груди. Не слышит он, но ты всё слышишь — ты всё знаешь, И ты меня, всесильный, оправдаешь! Нет, я не лгу — я не нарушу Его святыни ложною мольбой, Ему я предаю страдальческую душу; Он, твой судья, защитник будет мой.

Теперь молиться время, Нина: Ты умереть должна чрез несколько минут — И тайной для людей останется кончина Твоя, и нас рассудит только божий суд. Смеешься… ты не изверг… нет! В душе твоей Есть искра доброты… с холодностью такою Меня ты не погубишь в цвете дней — Не отворачивайся так, Евгении, Не продолжай моих мучений, Спаси меня, рассей мой страх… Взгляни сюда…. Да, ты умрешь — и я останусь тут Один, один… года пройдут, Умру — и буду все один!

Да, я тебя люблю, люблю… я всё забвенью, Что было, предал, есть граница мщенью, И вот она: Сюда, сюда… на помощь!.. Умираю — Яд, яд — не слышат… понимаю, Ты осторожен… никого… нейдут… Но помни! Есть небесный суд, И я тебя, убийца, проклинаю. Нет, нет — не говори, тебе уж не поможет Ни ложь, ни хитрость… говори скорей: Я был обманут… так шутить не может Сам ад любовию моей. Месть тебя достойна… Но это не поможет, ты умрешь… И будет для людей всё тайно — будь спокойна!..

Я ослабел в борьбе с собой Среди мучительных усилий… И чувства наконец вкусили Какой-то тягостный, обманчивый покой!.. Лишь иногда невольною заботой Душа тревожится в холодном этом сне, И сердце ноет, будто ждет чего-то.

Не всё ли кончено — ужели на земле Страданье новое вкусить осталось мне!.. Дни пройдут — придет забвенье, Под тягостью годов умрет воображенье; И должен же покой когда-нибудь Вновь поселиться в эту грудь!.. Как живо вижу я Ее мольбы, тоску.

Мимо, мимо Ты, пробужденная змея. Я, милый друг, спешил к тебе, Узнавши о твоем несчастье. Как быть — угодно так судьбе, У всякого свои напасти. Да полно, брат, личину ты сними, Не опускай так важно взоры. Скажи-ка, брат… Да как ты бледен стал, Подумаешь, что ночь всю в карты проиграл.

О, старый плут — да мы разговориться Успеем после… Вот твоя родня: Покойнице идут, конечно, поклониться. Прощай же, до другого дня. Уж видно, есть над ним господнее проклятье; Дурной был муж, дурной был сын. Напомни мне заехать в магазин Купить материи на траурное платье. Хоть нынче нет доходов никаких, А разоряюсь для родных. Покров богат — парчу вы рассмотрели? У брата моего прошедшею весной На гробе был точь-в-точь такой. Каким страданиям земным На жертву грудь моя ни предавалась… А я всё жив… я счастия желал И в виде ангела мне бог его послал; Мое преступное дыханье В нем осквернило божество, И вот оно, прекрасное созданье, Смотрите — холодно, мертво.

Раз в жизни человека мне чужого, Рискуя честию, от гибели я спас, А он — смеясь, шутя, не говоря ни слова, Он отнял у меня всё, всё — и через час. Он болен не шутя — и я не сомневаюсь, Что в этой голове мучений было тьма, — Но если он сойдет с ума, То я за жизнь его ручаюсь.

Послушайте — у нас обоих цель одна. Его мы ненавидим оба; Но вы его души не знаете — мрачна И глубока, как двери гроба; Чему хоть раз отворится она, То в ней погребено навеки. Подозренья Ей стоят доказательств — ни прощенья, Ни жалости не знает он, — Когда обижен — мщенье! Мщенье, Вот цель его тогда и вот его закон. Да, эта смерть скора не без причины. Вы драться станете — я два шага назад, И буду зрителем картины.

Я ваш сообщник, ревностно и дружно За вашу честь вступился сам, А знать вам более не нужно. Идут… походка тяжела И медленна. Точно — удалитесь На миг — есть с ним у нас дела. И вы в свидетели теперь нам не годитесь. В чертах спокойствие и детская беспечность. Улыбка вечная тихонько расцвела, Когда пред ней открылась вечность, И там свою судьбу душа ее прочла.

Где доказательства — есть у меня оне! Я не поверил ей — кому же стану верить. Да, я был страстный муж — но был судья Холодный — кто же разуверить Меня осмелится? Я твой добрый гений. Да, непримеченный, везде я был с тобой; Всегда с другим лицом, всегда в другом наряде — Знал все твои дела и мысль твою порой — Остерегал тебя недавно в маскераде.

Всё так — но, несмотря на голос грозный И на решительный приказ, Я не уйду. Да, вижу, вижу ясно, Ты не узнал меня. Я не из тех людей, Которых может миг опасный Отвлечь от цели многих дней. Я цель свою достиг — и здесь на месте лягу, Умру — но уж назад не сделаю ни шагу. Семь лет тому назад Ты узнавал меня, Арбенин.

Я был молод, Неопытен, и пылок, и богат. Но ты — в твоей груди уж крылся этот холод, То адское презренье ко всему, Которым ты гордился всюду!

Конец не будет хуже. Сел играть с тобой И проиграл; отец мой был скупой И строгий человек. И чтоб не подвергаться Упрекам — я решился отыграться. Я предался отчаянью — тут были, Ты помнишь, может быть, И слезы и мольбы… В тебе же возбудили Они лишь смех. Лучше бы пронзить Меня кинжалом. Но в то время Ты не смотрел еще пророчески вперед. И только нынче злое семя Произвело достойный плод. И я покинул все, с того мгновенья, Всё, женщин и любовь, блаженство юных лет, Мечтанья нежные и сладкие волненья, И в свете мне открылся новый свет, Мир новых, странных ощущений, Мир обществом отверженных людей, Самолюбивых дум и ледяных страстей И увлекательных мучений.

Я увидал, что деньги — царь земли, И поклонился им. Года прошли, Всё скоро унеслось: Я заключил с судьбой последнее условье И вот стал тем, что я теперь. Разве это всё — ты надо мной смеялся, И я повеселиться рад. Недавно до меня случайно слух домчался, Что счастлив ты, женился и богат. И горько стало мне — и сердце зароптало, И долго думал я: Послушай — я узнал — и — и открою Тебе я истину одну…. Заговор… прекрасно… я у вас В руках… вам помешать кто смеет?

Никто… вы здесь цари… я смирен: Вы думали, что всё взяла ее могила? Что я не заплачу вам всем по старине? Так вот как я унижен в вашем мненье Коварным лепетом молвы! Да, сцена хорошо придумана — но вы Не отгадали заключенье. А этот мальчик — так и он со мной Бороться вздумал.

Мало было Одной пощечины — нет, хочется другой, Вы всё получите, мой милый. Не странно — жизнь глупца, Жизнь площадного волокиты. Утешьтесь же теперь — вы будете убиты, Умрете — с именем и смертью подлеца. Постойте — вы должны узнать — что обвинили Меня напрасно… что ни в чем Не виновата ваша жертва — оскорбили Меня вы вовремя… я только обо всем Хотел сказать вам — но пойдем.

Браслет случайною судьбою Попался баронессе и потом Был отдан мне ее рукою. Я ошибался сам — но вашею женою Любовь моя отвергнута была. Когда б я знал, что от одной ошибки Произойдет так много зла, То верно б не искал ни взора, ни улыбки, И баронесса — этим вот письмом Вам открывается во всем.

Читайте же скорей — мне дороги мгновенья…. Невинная погибла — жаль! Но здесь ждала ее печаль, А в небесах спасенье! Ах, я ее видал — ее глаза Всю чистоту души изображали ясно. Кто б думать мог, что этот цвет прекрасный Сомнет минутная гроза. Рви волосы — терзайся — и кричи — Ужасно! Раскаянье вам не поможет. Ждут пистолеты — спор наш не решен. Молчит, не слушает, ужели он Рассудок потерял…. О, что сказали вы?.. Нет сил, нет сил.

Я так был оскорблен, я так уверен был. Ну, вот и я упал пред вами на колена: Скажите же — не правда ли — измена, Коварство очевидны… я хочу, велю, Чтоб вы ее сейчас же обвинили. Разве вы тут были? Смотрели в душу вы мою?

Как я теперь прошу, так и она молила. Ошибка — я ошибся — что ж! Она мне то же говорила, Но я сказал, что это ложь.

Ты, скорей Признайся, говори смелей, Будь откровенен хоть со мною. О милый друг, зачем ты был жесток. Падает на землю и сидит полулежа с неподвижными глазами. Князь и Неизвестный стоят над ним. Драма в 4-х действиях, в стихах Действующие лица Арбенин, Евгений Александрович. Князь На этот раз оставьте хоть советы.